По благословению епископа
Рыбинского и Даниловского Вениамина

Лампадка

Будильник. Снова утро, и первая мысль в голове — как не хочется, чтобы начинался этот день. Но он приходит и не спрашивает моего согласия. Нет, чаще всего, мы встречаемся приветливо, иногда даже благодарно и радостно, но в этом году декабрь такой унылый и беспросветный… Нет солнца, нет снега, нет даже мороза. Темно почти до десяти, темно уже с четырёх, а с десяти до четырёх над головой висит тягучее серое пятно, когда-то бывшее небом. Как живут там, где полярная ночь? Не представляю… Такое колючее, угрюмое, неласковое утро… Зачем оно пришло?

В голове сразу начинают роиться мысли о предстоящих проблемах, заботах и хлопотах. Они не предлагают никакого решения, просто жужжат перебивая одна другую, и к тоске прибавляется хаос.

Зубная паста, холодная вода — помогает слабо.

Медленно к иконам. Надо молиться... Но как? Что я сейчас скажу Богу? Открою молитвослов и прочитаю «Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе»? И Он мне поверит? Да я и сам себе не поверю. А дальше? Те молитвы, которые обычно, как лесенки, помогают душе утром подняться и посмотреть на Бога, сейчас кажутся гигантскими каменными глыбами, на которые ни за что не вскарабкаться, такими тяжёлыми, такими чужими.

Пока думаю об этом, руки сами делают несколько привычных действий — и вот перед иконами затеплилась лампадка.

Просто молчу и смотрю на тихий огонёк. Какой он маленький, какой хрупкий (сколько раз бывало, что лампадка гасла от неосторожного выдоха), но от его света куда-то ушёл большой и суровый мрак. Как будто тёмная пелена сошла с иконостаса, и стали видны лики Спасителя, Богородицы, Иоанна Богослова… И от того весь сумрак комнаты из густого и давящего стал прозрачным и спокойным. Как всё изменилось от крохотного огонька! Вот сила, которая «совершается в немощи» (2 Кор. 12:9), сила кротости и смирения, которую упорно не хочет понимать гордый дух самодовольного мира.

Стало лучше, легче. Растаял мрак снаружи — растаял и внутри. Или наоборот. Может быть, пока я механически зажигал лампадку перед иконой Господа, Он, по Своей беспредельной милости, затеплил лампадку в моём сердце? И теперь мне есть, что Ему сказать:


«Господи, благодарю тебя! От одного Твоего прикосновения, от кроткого огонька Твоей лампадки стало так хорошо! Да, моё сердце — плохой светильник. Оно открыто всем ветрам суеты, нередко бушуют в нём страстные порывы. Фитиль моего внимания короткий и растрёпанный, и потому минуты-капельки искренней молитвы, открытости, благоговения и благодарности, скопленные в душе, так редки. Да и те я часто не могу сберечь. Но Ты, Зиждитель сердца моего, залатай трещины в нём! Ты, Всещедрый, восполни скудость моего елея Твоею милостию! Господи, Ты затеплил лампадочку в душе моей, не дай же ей погаснуть... А если я вновь не смогу сохранить этот огонёк, прости меня, Боже! Прости и приди сквозь любой мрак! И снова зажги лампадку… Благодарю, тебя, Господи! … Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе! Царю Небесный, Утешителю, Душе истины...»

Огромные глыбы снова стали лесенками.


А потом был обычный день с делами и улыбками, с заботами и радостями, с проблемами и решениями… Остался ли под вечер огонёк в сердечной лампадке? Не знаю. Стоит честно признаться себе, что я не заглядывал туда в течение дня. И это плохо. Надо заглядывать.

А вечером домой, пешком, по проспекту. Опять ночь (как живут там, где она длится полгода?) Но, всё-таки, сейчас лучше: дела позади, иду домой, там супруга, мальчишки ждут.

Уже под конец пути справа — храм. Служба давно кончилась, а в окнах ещё горит небольшой свет. «Как лампадка», - подумалось мне. И точно: знакомое утреннее чувство подступило к сердцу при виде храма. Стало совсем хорошо. И я подумал, что только этот вот свет храма-лампадки и есть настоящий свет. Как бы это объяснить… Позади остался главный проспект, освещённый новыми изысканными фонарями и украшенный праздничными гирляндами. Это правда очень красиво. И огромное спасибо тем, кто с таким усердием и художественным талантом украсил город. Но этот свет не может пройти в самую глубину, в душу человека, хоть всего его с ног до головы обмотай гирляндами и поставь под десяток прожекторов.

А тихий огонёк лампадки может. Значит он и есть настоящий свет.

А если он погаснет? Если снова вихрем завоет злоба безбожного мира, заколотит двери храмов, задует лампадки в домах? Тогда город, страна, мир будут похожи на известную картину Малевича. Снаружи могут гореть миллионы электрических светильников, мигать яркие вывески и громыхать фейерверки, а в реальности человеческой души останется глухой беспросветный мрак.

Да не будет этого! Пусть загораются лампадки в храмах, домах и сердцах!

А когда подступает тьма, не забудь и о том, для кого она гораздо страшнее. У кого-то «полярная ночь». У кого-то есть более серьёзные причины для того, чтобы встречать новое утро плачем. И, может быть, у него сегодня не получится затеплить свою лампадку. Но вдруг его лампадкой сможешь стать ты?

21.12.2019


Источник изображения: http://a-tv.md/uploads/posts/2018-02/1519736429_image.jpeg